Фундаментальный анализ — дело хорошее. Но только — когда оно в надежных руках и, главное, используется к месту. В России нет ни того, ни другого.

Считается, что фундаментальный анализ финансовых инструментов позволяет надежно определить справедливую рыночную стоимость торгуемых активов. Спекулянты, естественно, на выводы аналитиков мало обращают внимание. Кроме того, данная категория краткосрочных трейдеров любые умозаключения многочисленных консультантов и специалистов склонна оценивать достаточно критично. Поскольку выводы, полученные с помощью фундаментального анализа рынка, обычно ориентированы на слишком далекое будущее. А спекулянты фокусируются на менее значительных промежутках времени.

Тем не менее, и среди этой касты рыночных ястребов есть такие, кто проповедует фундаментальный анализ в качестве основного способа принятия торговых решений. Такие спекулянты, дабы еще больше уверовать в торжество фундаментализма, называют себя «инвесторами». Надо сказать, вера им нужна. Поскольку фундаментальный анализ выдает рецепты, которые на самом деле не слишком надежны.
Ключевая проблема заключается в том, что данный способ анализа рынка требует определенных допущений и предположений относительно будущего. Эти прогнозы в любом случае ненадежны, как и всякие другие способы оценки рынка. Например, как можно быть уверенным, что волатильность не изменится? Или стоимость заимствований будет оставаться в границах предсказанных значений? А курсы валют? А спреды доходности и т.п.? К сожалению, в фундаментальном анализе слишком много предположений и допущений, чтобы можно было полностью быть уверенным в счастливом совпадении всех переменных, на которых построены прогнозы.

Другая беда фундаментализма обусловлена широким спектром подходов к оценке справедливой стоимостью оцениваемого актива. Можно насчитать, по меньшей мере, дюжину методов и подходов, имеющих свои плюсы и минусы. И при этом каждый из них способен выдать сильно различающиеся результаты. Так, одна и та же модель оценки стоимости, например, какой-либо фирмы, может «нарисовать» показатели, отличающиеся раза в 2 в зависимости от исходных предположений. А различия между моделями могут быть еще более значительными — и в 3, и в 4 раза.

В результате, если оценку актива осуществить множеством способов, то на выходе мы получим множество разнообразных «справедливых» оценок. В точности, как в модели «Монте-Карло», которая предполагает случайность событий. Поэтому, когда аналитики сообщают, что такой-то актив или валюта будут стоить столько-то, надо понимать, что в реальности отклонение от прогноза может быть очень большим. Причем таким, насколько позволяет представить наше воображение.

Поскольку эти самые аналитики, дабы не потерять свой хлеб, умалчивают о всех прочих результатах оценки, кроме желательного. Это в лучшем случае. В худшем же эти «оценщики» рынка просто не знают о существовании иных подходов к оценке финансовых активов, кроме одной-двух моделей. Не говоря уже о том, что для получения более или менее правдоподобного результата, надо использовать несколько моделей и подходов, после чего выводить заключительную оценку стоимости оцениваемого актива.

В свете этих обстоятельств нельзя не упомянуть о таком весьма распространенном способе оценке акций, как использование всяких коэффициентов — типа P/E или что-то вроде того. В действительности это лишь один из методов фундаментального анализа, который к тому же не отличается надежностью. В первую очередь потому, что основывается на предположении о незыблемости определенных коэффициентов для конкретной отрасли. Еще более сомнительными выглядят умозаключения, сделанные на основе сравнения разных рынков.
Например, утверждения, что дисконт российских акций к ценным бумагам других развивающихся рынков, составляющий в настоящее время 40% (весна 2010 г.), если мерить по соотношению P/E, непременно должен подняться до 20%, как это было прежде (задолго до кризиса). На самом деле это предположение столь же достоверно, как результаты гадания, скажем, на кофейной гуще. И вот почему. Российский фондовый рынок на самом деле развивающимся признать полностью нельзя. Таковой он только по названию. Но не по содержанию.

Дело в том, что стоимость российских фондовых ценностей зависит исключительно от цен на нефть, газ и металлы на мировом рынке. Никакой иной продукции, способной серьезно влиять на развитие экономики, в России не производится. Отдельные светлые пятна на экономической карте страны погоды для валового внутреннего продукта России не делают. Поэтому наш рынок не развивающийся, а исключительно сырьевой. Соответственно, сопоставления отечественных фондовых ценностей с их аналогами на других рынках, пусть и развивающихся, выглядят весьма сомнительно. По большому счету, это очень сильно напоминает «подгонку» данных, чем часто грешат технические аналитики и на чем теряют деньги большинство механических торговых систем.

В силу этих обстоятельств полагаться на прогнозы аналитиков, полученные путем хитроумных вычислений по моделям фундаментального анализа, на отечественном рынке весьма опасно. От полного разорения инвесторов-фундаменталистов спасает лишь то, что цена энергоресурсов на длительном промежутке времени постоянно повышается. А раз так, то выигрыш от длинных позиций в акциях является лишь вопросом времени. Правда, при этом приходится мириться с огромным риском неизбежных «просадок» торгового счета, которые могут быть возмутительно огромными.

Единственная утешительная новость состоит в том, что фундаментальный анализ оказывается уместным при благоприятной рыночной конъюнктуре. В этом случае позитивные прогнозы вселяют в торговцев дополнительную надежду в благоприятном исходе инвестиций. Соответственно, тренд получает дополнительные импульсы для роста. Впрочем, когда тенденция налицо, вообще никакой анализ не нужен. Надо просто покупать и верить в чудо. И оно свершается раз за разом. До той поры, пока тренд не будет сломлен. Однако это уже совсем другая история.