В конце прошлого года трейдерское сообщество немало повеселила история про цирковую обезьянку по кличке Луша. Луше, потехи ради, «предложили» сформировать инвестиционный портфель: разложили перед ней 30 кубиков с написанными на них названиями акций. Обезьянка, руководствуясь какими-то ей одной ведомыми соображениями, выбрала восемь кубиков, — и между восемью соответствующими акциями российского фондового рынка организаторы забавы распределили виртуальный миллион рублей. В результате, по итогам 2009-го года, инвестиционный портфель Луши показал доходность выше, чем у 96% ПИФов, где портфели формируют профессионалы с высшим экономическим образованием.

Годами двумя раньше сходный эксперимент устроила компания американских трейдеров. Они нарисовали на листе бумаги круг, расчертили его на секторы, в которые вписали названия акций и стали играть в дартс — метать дротики в круг; в какой сектор дротик попадал, ту акцию в виртуальный портфель и включали. Результат вышел примерно как у Луши, блестящий.

Был и третий похожий случай, о нём журналисты упоминали вскользь.

Конечно же, и обезьянка, и дротики, — это всё развлекательная мишура. В реалии, в обоих случаях имела место обыкновенная случайная выборка. И три эти случайные удачи сами по себе ровным счётом ничего не доказывают. Они были бы серьёзной пищей для размышлений, если бы не «проблема скрытых свидетельств», как называет это явление в своей новой книге Нассим Талеб. Мы ничего не знаем о тех трейдерах, которые, прочитав о суперуспешной игре в дартс своих коллег, решили поразвлечься подобной игрой и тоже метали дротики или вытаскивали наугад из шапки бумажки с названиями акций, — но их «виртуальные инвестиции» оказались убыточными, оглашены не были и в статистику не попали. Чтобы говорить о вероятности успешной случайной выборки, надо сформировать, скажем, сто случайных портфелей, — вот тогда результаты будут достоверными.

Дело, однако, в том, что такие эксперименты проводились. И не раз проводились. И всегда с неизменным результатом.

И каковы же были шансы обезьянки Луши в тех экспериментах?..
    
     * * *
     
Все мы приходим на Форекс, уже добившись успехов в чём-то другом — в бизнесе, в учёбе, в науке или в творчестве. У нас накоплен богатый опыт относительно того, как достичь поставленной цели, — и мы пребываем в убеждении, что те же самые способы, приёмы, шаблоны поведения и т.п. приведут нас к успеху и на финансовом рынке.

Мы привыкли, что жизнь поощряет нас, если мы поступаем правильно, и наказывает за ошибки. При таком раскладе очень легко и быстро удаётся найти верную линию поведения, в каком бы окружении мы ни оказались. В «обычной жизни» мы учимся очень быстро. И это становится нашей второй натурой.

Придя на Форекс, мы ждем того же самого: что рынок будет наказывать нас за неправильные действия и поощрять за правильные. Если сделка оказалась убыточной, мы считаем, что совершили ошибку; если прибыльной — делаем поспешный вывод о собственном растущем мастерстве и в следующий раз подсознательно пытаемся наши действия повторить (привычка, от которой очень тяжело избавиться при бессистемной торговле). Нам никак не принять, что Форекс совсем не таков, как «обычная жизнь». Рынок может долгое время поощрять за ошибки прибылью и наказывать за правильные действия убытками.

Другое ошибочное убеждение, которое все мы тащим за собой на финансовый рынок, — это убеждение, что в результате постоянных упорных тренировок непременно будет расти и мастерство.

Нельзя сказать, что это утверждение совсем уж неприменимо к трейдерскому ремеслу. Кое в чём оно очень даже работает. К примеру, упорство в попытках создать хорошую торговую систему, в конце концов, будет вознаграждено не только прибылью, но и бесценным опытом — последующие системы будут создаваться быстрей и легче. Но вот изучение фундаментального анализа и скрупулёзное составление изо дня в день фундаментальных прогнозов в надежде, что благодаря приобретённому навыку вы будете лучше прогнозировать движения валютных курсов, — это занятие сродни тренировкам в угадывании, какой стороной упадёт монета — орлом или решкой, в надежде, что благодаря таким тренировкам вы станете угадывать чаще.

…Нет-нет, я вовсе не хочу сказать, что изучение фундаментального анализа — это пустое занятие, которое ничего вам не даст. Вы начнете худо-бедно разбираться в мировой экономике. Вы научитесь понимать и объяснять движения валютных курсов; порою ваше понимание будет неверным, а объяснения притянутыми за уши, — но в целом вы этому научитесь, да. Вы научитесь, опираясь на экономические данные, делать долгосрочные прогнозы — и иногда эти прогнозы будут сбываться. Но вы никогда не научитесь получать прибыль с помощью фундаментального анализа. Даже если ваши познания в этой области сравняются с познаниями, скажем, доктора экономических наук, среднестатистически вы всё равно будете торговать не лучше, чем если бы вы торговали, вообще не используя фундаментальный анализ и не обращая внимания на новости.

Вряд ли я ошибусь, сказав, что среди читателей-трейдеров, которых предыдущий абзац привёл в возмущение своей якобы абсурдностью и нелепостью, найдётся хоть один дипломированный выпускник Гарварда по экономике. Едва ли также кто-нибудь из читателей рассчитывает, что глубиною своих познаний в фундаментальном анализе он когда-нибудь сможет сравниться с мировыми светилами и профессорами. А между тем ни выпускники Гарварда, ни именитые профессора, ни даже Нобелевские лауреаты в своих прогнозах отнюдь не поражают воображение дальновидностью и мастерством. В начале статьи, рассуждая о том, какова вероятность успеха случайной выборки при формировании инвестиционных портфелей, я упоминал об экспериментах, проводившихся учёными с целью выяснить это (и не только это). Вот они, результаты этих экспериментов, любуйтесь:
     
1) Прогнозы учёных-экономистов не имеют никакого преимущества (попросту говоря: ничем не лучше) по сравнению с прогнозами людей, обладающих средним уровнем компетентности в вопросах экономики (конкретно: газетных обозревателей);

2) И те, и другие прогнозируют немного лучше, чем люди, мало компетентные в экономике (конкретно: чем студенты 1-2 курсов экономических факультетов);

3) В любом случае все прогнозы оказываются весьма далёкими от того, что случается на самом деле;

4) Прогнозы именитых и знаменитых экономистов всегда хуже прогнозов их малоизвестных коллег;

5) Неожиданные события (ураганы, банкротства корпораций, обвалы рынков и т.п.) не в состоянии предсказать никто.
     
Таким образом, в деле глобального экономического прогнозирования знания и профессионализм всё же играют некоторую роль: у профессионалов преимущество по сравнению с новичками есть, хотя, как показывают исследования, и небольшое. Однако всё это преимущество обращается в ноль, когда дело доходит до инвестиций на основании собственных прогнозов. Маститые профессора здесь опять на равных с обозревателями газет, но вдобавок к этому вот что:
     
1) Инвестиционные портфели мало компетентных в экономике людей по доходности нисколько не хуже «профессорских инвестиций»;

2) Инвестиционные портфели, составленные на основе случайной выборки, статистически ничем не уступают инвестициям профессионалов и полупрофессионалов.
     
Вот и ответ, каковы шансы обезьянки Луши. Если, к примеру, 30% ПИФов закончили год с прибылью, то и у Луши были тридцатипроцентные шансы сформировать прибыльный портфель. Если 10% ПИФов показали суперприбыль, то с вероятностью 1/10 суперприбыльной оказалась бы и случайная выборка.
     
…Ну, а как плачевно закончил своё существование хеджевый фонд LTCM (Long-Term Capital Management), которым управляли чуть ли не сплошь доктора наук и даже два Нобелевских лауреата по экономике, — это знает каждый. Вот и вся цена «мастерству в деле прогнозирования».

И то, что Марковиц получил Нобелевскую премию за теорию оптимального портфеля, которая основывается на постулате о рациональном поведении инвесторов, — это тоже знают все. Но вскоре после Марковица Нобелевским лауреатом по экономике стал Канеман, доказавший, что инвесторы (в том числе профессиональные) в своей массе действуют иррационально. Забавно само по себе (улыбающийся смайлик). Возьму на себя смелость сказать, что утверждение Канемана несравненно ближе к истине.

А «иррационально» — это в буквальном переводе с научного на русский означает: так же, как обезьянка Луша. Хотя всем им кажется, что они профессионалы и руководствуются фундаментальным анализом.

Не дано нам предвидеть и предсказывать. Как говорится, тут и к гадалке не ходи.
     
…Собственно, почти всё, что написано выше, не написано, а скомпилировано. Я просто свёл воедино сведения, изложенные в разных источниках, и последовательно их изложил. Если бы я обладал даром провидения и заранее знал, что когда-нибудь решусь написать очерк о фундаментальном анализе, я бы делал подробные выписки, со всей статистикой, и сейчас привёл бы массу цифр — сколько процентов выпускников Гарварда и сколько газетных обозревателей были успешны в своих прогнозах. Но так как садиться за статью у меня и мысли не было, я записывал для себя только конечные выводы, — их и привёл выше. Последняя прочитанная мною книга, где говорится о неспособности экономистов к прогнозированию, — это великолепная книга Н. Талеба «Чёрный лебедь» (М., 2009); к ней я и отсылаю читателей, заинтересовавшихся подробностями (см. главу 10 и обширную библиографию в конце книги).
    
     * * *
     
Спор между «фундаменталистами» и «технарями» — это вечный спор. Первые основывают свои доводы на том, что фундамент — двигатель рынка. Вторые возражают, что когда рынок фундаментально настроен в пользу той или иной валюты, это прекрасно видно по графикам, так что фундаментальный анализ в таком случае ничего не добавляет и, стало быть, он просто не нужен; ну а если рынок не может определиться и данные поступают противоречивые — он тем более не нужен, он превращается в поток информационного мусора (особняком стоит и требует оговорок вопрос об игре на новостях — но мы не затрагиваем его в этом очерке). Однако, и тех. анализ по своим предсказательным возможностям ничем фундаментального не лучше, и сколько ни тренируйся в построении трендовых линий — «правильней» они не станут. И «фундаменталисты», и «технари», принимая решение о сделке, явно или неявно делают прогноз движения цены. О том, какова цена пророчествам, свидетельствует приведенная выше статистика. Но кроме «фундаменталистов» и «технарей» есть ещё третий обширный клан. Это мехсистемщики.

Мехсистемщик, в отличие от своих собратьев по трейдерскому цеху, прогнозов движений валютных курсов не строит, считая, что, во-первых, прогнозы невозможны, а во-вторых, они не нужны. Проще говоря, его дело — принять маленький лосс, когда сигнал системы был ошибочным, и большой профит, когда система оказалась права. Ему нужно просто статистическое преимущество над рынком. Он отрабатывает положительное математическое ожидание своей системы — и всё.

Увы, не всё… Мехсистемщик тоже не свободен от этого проклятия — прогнозировать будущее. Только прогнозировать ему приходится не цены, а работу своих систем: не «сломалась» ли, не пора ли снять её с торговли и заменить новой? И покажет ли эта новая система хотя бы треть той эффективности, которую она показывала на историческом тестировании?.. Но это уже совсем другая тема.
     
…Начав «за упокой», я всё-таки закончу этот очерк «за здравие», сказав, что начинающим трейдерам изучение фундаментального анализа совершенно необходимо. Со временем вы сами решите, нужен он вам или не нужен, но знать его вы просто обязаны. Как физик-ядерщик, несмотря на свою узкую специализацию, должен знать и кинематику, и термодинамику. Как в Литературном институте будущих прозаиков и публицистов заставляют изучать Гомера — никто из них в жизни не будет писать гекзаметром, но благодаря изучению Гомера их тексты станут лучше.

Ваши торговые системы будут лучше, если вы будете разбираться в фундаментальном анализе, — и неважно, что эти системы не будут использовать фундаментальных данных.

Изучайте фундаментальный анализ!