В недрах правительства наконецто родился законопроект о валютном регулировании, который объявлен властями либеральным вариантом. Однако, судя по всему, в РФ административный валютный контроль попрежнему будет преобладать. Обязательная репатриация валютной выручки сохраняется, но сроки возврата денег увеличиваются до 180 дней. За ЦБ также оставляется право требовать от резидентов предварительной регистрации при открытии счетов в валюте за рубежом. Все ограничения на операции с капиталом, кроме 100%-ой репатриации, будут отменены не позднее 1 января 2007 г.

Псевдолиберализация

Законопроект предусматривает сохранение многих норм административного регулирования, поэтому аналитики считают, что предложения властей носят вовсе не либеральный, а псевдолиберальный характер.

Методами ограничения являются прямые запрещения, количественное лимитирование или процедура официального одобрения. С использованием административного контроля регулируются и типичные международные операции с капиталом. Так, у Центрального банка появляется возможность вводить ограничения на проведение операций с капиталом в форме режима счета и обязательного резервирования до 20% от суммы сделки на срок до одного года при вывозе валюты, и до 100% на два месяца – при ее ввозе.

Общей характеристикой предлагаемого закона останется принудительное навязывание финансовому сектору дополнительных обязательств.

Альтернативой административному регулированию выступает косвенный валютный контроль, который ограничивает перемещение капитала и связанные с ним операции посредством системы издержек. Что же остается в практике отечественного валютного регулирования, и что не позволяет говорить о либерализации?

Экспорт

Наша страна находится пока еще в той стадии развития, когда действует pricing-to market, т.е. экспортеры оперируют не в национальной, а в иностранной валюте. Всю выручку от экспорта товаров и услуг экспортер получает в валюте. В соответствии с законом 50% выручки он обязан продавать на ММВБ, внебиржевом рынке или сразу ЦБ. Хотя согласно представленному законопроекту норму снизят до 30%, удивляет сам факт сохранения рестрикции.

Как правило, крупным компаниям не составляет труда обойти данное ограничение. Около 70% валютной выручки от национального экспорта получают 30 крупнейших холдинговых объединений, например, Газпром или Русал. В их структуру входят банки, инвестиционные и оффшорные компании, в задачу которых, как известно, входит и оптимизация финансовых потоков объединения.

Развитая финансовая инфраструктура таких компаний позволяет репатриировать на Родину ровно такой объем валютной выручки, какой необходим для поддер-жания деятельности в стране (уплаты налогов, выплаты заработной платы и т.д.). Таким образом, ограничение по продаже валютной выручки для крупнейших экспортеров носит сугубо номинальный характер.

Если кто и подвергается на практике ограничениям, так это мелкий и средний бизнес. Дело даже не в обязательной репатриации валюты – основное бремя внешнеэкономического контроля заключается в тяжелых бюрократических процедурах.

Здесь уместно привести слова директора компании «1С» Б. Нуралиева: «Мы... можем конкурировать, продвигать и продавать на мировом рынке готовые продукты. Для этого, в первую очередь, необходимо снять барьеры, которые мешают нашему производителю выйти за рубеж. Когда мы пытаемся что-то экспортировать, нас сдерживает не странаимпортер, а собственное государство.

Сейчас если хочешь поставить за рубеж программное обеспечение, попробуй сначала получить заключение ФАПСИ о том, что софт не принадлежит к шифровальным средствам, затем пройти экспертизу ФАПРИД (Федеральное агентство по правовой защите результатов интеллектуальной деятельности военного, специального и двойного назначения), причем по каждой поставке заново. Кроме того, при вывозе каждый таможенный пост требует разный набор документов, на каждую позицию надо отдельно оформлять счетафактуры.

И еще большая проблема – получить обратно НДС. Затрат, барьеров при продаже партии софта стоимостью несколько тысяч долларов столько же, сколько при экспорте партии истребителей на сто миллионов долларов, а прибыль совсем другая.

Поэтому многие российские компании выходят на западный рынок окольными путями. Зачастую смотришь, это уже не российская фирма, а американская»[1].

Импорт

Всоответствии с действующим валютным регулированием компании при выплате аванса за импортируемый товар необходимо приобрести валюту на основе специального разрешения. Компания должна перечислить в обслуживающий сделку банк депозит в рублях на сумму покупаемой валюты. Как предполагается, это служит гарантией поставки товаров в Россию. Фактически импортеру требуется сумма, вдвое превышающая объем поставки. Он вынужден выдавать банку кредит, изымая средства из оборота.

Для покупки иностранной валюты при импорте услуг импортер должен получить в Минфине специальное разрешение в форме заключения на предмет обоснованности платежей в иностранной валюте за работы, услуги, результаты интеллектуальной деятельности. Фактически государство пытается контролировать обоснованность частной предпринимательской деятельности.

В затруднительное положение, как правило, опять попадает испытывающий дефицит свободных средств мелкий и средний бизнес. В качестве примера можно сослаться на опыт небольшой семейной фирмы, которая решила закупить зарубежное оборудование. Под закупку оборудования был получен банковский кредит и заключена сделка на поставку оборудования.

Однако предприниматели не учли всю сложность действующего валютного регулирования. Узнав о требовании обязательного депонирования средств под импорт, они просчитали, что с экономической точки зрения сделка невыгодна. Импортный контракт расторгли, и по нему были выплачены штрафные санкции.

Снимает ли законопроект подобные ограничения? Нет, скорее, наоборот: через режим счета у ЦБ появляется возможность свободно распоряжаться частными деньгами. Законопроект не предусматривает отказа от практики выдачи специальных разрешений, чем, безусловно, не преминут воспользоваться чиновники.

Зарубежные инвестиции

Сейчас в России действует один из наиболее громоздких и тяжелых режимов валютного регулирования операций с капиталом среди стран с переходной экономикой. По закону для открытия собственного предприятия за рубежом, приобретения акций иностранных компаний, равно как и недвижимости, нужно получить специальное разрешение Банка России. Это создает почву для неэффективности, злоупотреблений и коррупции.

Без специального разрешения возможны только переводы физическим лицом-резидентом иностранной валюты в пределах $75000, осуществляемые в течение календарного года для приобретения прав на ценные бумаги с номиналом в иностранной валюте.

В качестве примера насилия государства стоит привести случай с инвестиционным фондом Темплтон. Недавно он заявил о тяжелых условиях работы и прекратил деятельность в России. Руководство фонда обсуждало возможности диверсификации вложений. Валютные риски были достаточно велики, поэтому управляющие инвестиционным портфелем предполагали вложить часть средств пайщиков в зарубежные активы.

Однако на получение специального разрешения ЦБ нужно почти полгода. В связи с тем, что при такой громоздкой схеме получения разрешения (в котором могут и отказать) нет никакой возможности оперативно управлять инвестиционным портфелем, руководство фонда отказалось от попытки снижения валютного риска.

Подавляющее большинство оффшорных кипрских компаний международного бизнеса – российского происхождения. Все они работают без всякого разрешения ЦБ, в результате этого действующий режим валютного регулирования операций с капиталом эффек-тивен только по отношению к малому предпринимательству и нерезидентам, пытающимся вести в России честный бизнес.

Мировой опыт 90-х

Действующее в России регулирование движения капитала направлено преимущественно на контроль за его оттоком. Как правило, в качестве обоснования регулирования оттока капитала ссылаются на послевоенный опыт европейских стран. Однако такое сравнение абсолютно некорректно по нескольким причинам.

Во-первых, в послевоенный период действовали неявные гарантии по иностранным инвестициям в форме фиксированных валютных курсов и золотовалютного обеспечения денежного предложения. Во-вторых, еще не существовало международного рынка финансовых деривативов, позволявших обойти любые ограничения по портфельным инвестициям. В-третьих, отсутствовали оффшорные финансовые рынки, а еврорынок капиталов был недостаточно развит.

В-четвертых, размеры нетто-потоков капитала в период с 1947 г. по 1973 г. оказались чуть ли не самыми низкими за всю новейшую историю человечества. Нетто-потоки капитала сквозь границы стран Большой семерки составляли всего 1.3-1.9% ВВП. Хотя в период действия золотого монометаллизма нетто-потоки капитала достигали 5% ВВП, а в период девизного стандарта – около 3% ВВП.

Макроэкономическая обстановка в послевоенный период и сейчас резко различаются. Сопоставления контроля над оттоком капитала стоит проводить только на основе изучения современного международного опыта 1990-х гг.

Каковы же успехи иностранных режимов регулирования, сравнимых с российским валютным контролем?

Малайзия (1997-99 гг.). Хотя местные деловые круги позитивно оценили введение жесткого контроля за оттоком капитала, международный финансовый рынок отреагировал на него крайне отрицательно. Доверие зарубежных инвесторов к Малайзии, по сравнению с другими странами региона, уменьшилось. Издержки финансирования из-за рубежа значительно увеличились. Процентный дифференциал по государственным облигациям на внутреннем рынке и в США стал в несколько раз выше, чем в Южной Корее, Таиланде и на Филиппинах. Жесткие меры регулирования привели к значительным административным издержкам не только у инвесторов, но и у самих регулирующих органов.

Испания (1992 г.). Благодаря контролю над оттоком капитала власти Испании получили временную передышку. Однако контроль не сумел надежно защитить курс испанской песеты, поскольку у инвесторов сохранялись сильные девальвационные ожидания. Испанские власти сумели на короткий период времени обеспечить эффективное регулирование движения капитала за счет широкомасштабного ограничения всех используемых спекулянтами финансовых инструментов.

Таиланд (1997-98 гг.). Регулирование движения капитала из страны вкупе со слабой общеэкономической политикой в Таиланде подорвало доверие инвесторов к стране и привело к падению чистого притока частных инвестиций с +5% ВВП до -12% ВВП. Как только макроэкономическая обстановка в стране улучшилась, Центральный банк Таиланда отменил контроль за оттоком капитала. В результате валютный курс бата и внутренние цены стабилизировались, фондовый индекс начал расти, а доходность государственных облигаций – снижаться.

Венесуэла (1994-96 гг.). Контроль за оттоком капитала способствовал росту затрат на обслуживание внешнего долга, большая часть которого состояла из обязательств с плавающей процентной ставкой. Кроме того, властям так и не удалось увеличить срочность внешнего долга. Доходность же на вторичном рынке по венесуэльским государственным облигациям была выше, чем по обязательствам аналогичных стран Латинской Америки.

Индия (1991-99 гг.). По оценкам экспертов МВФ, есть косвенные признаки того, что масштабное регулирование движения капитала снизило темпы экономического роста в Индии по сравнению с другими азиатскими странами, имеющими более открытую экономическую систему. Программа либерализации, начатая в 1991 г., стимулировала самые быстрые темпы экономического роста со времен обретения Индией политической независимости.

Обобщая международный опыт регулирования движения капитала, можно с большой уверенностью сказать, что любой, схожий с российским контроль за оттоком капитала никак себя не оправдал. В целом он привел к следующим последствиям:

• снижению темпов экономического роста;

• падению доверия зарубежных инвесторов;

• росту издержек зарубежного финансирования инвестиционных проектов;

• увеличению процентного дифференциала по государственным облигациям;

• росту затрат на обслуживание внешнего долга.

Негативный опыт регулирования движения капитала в части его оттока вынудил все без исключения рассмотренные страны перейти к финансовой либерализации движения капитала.

Что делать?

По всей видимости, правительственный законопроект с его псевдолиберализацией в нынешнем виде вряд ли дойдет до окончательного утверждения законодательной властью. Отечественной экономике нужно реальное, а не мнимое освобождение от бремени внешнеэкономического регулирования. Среди изменений режима регулирования могут быть следующие меры.

• Отказ от норматива продажи валютной выручки. Однако Банку России оставляется право при обострении ситуации на валютном рынке ввести данный норматив на срок не более шести месяцев.

• Сокращение числа документов. Необходима отмена обязательной сертификации и официальных заключений, оценивающих экспортную продукцию. Необходимо предельно упростить таможенную документацию, чтобы процедура оформления занимала не более трех дней.

• Отмена специального разрешения Минфина в форме заключения на предмет обоснованности платежей в иностранной валюте за работы, услуги, результаты интеллектуальной деятельности.

• Разрешение свободной и неограниченной покупки юридическими лицами-резидентами иностранной валюты за рубли на внутреннем валютном рынке для платежей по договорам об импорте товаров в РФ (отмена указания ЦБ РФ № 519-у oт 22.03.1999).

• Отмена обязательного депозита в рублях на сумму покупаемой валюты, который гипотетически служит обеспечением импортной поставки.

• Прекращение действия временного положения, по которому срочность текущих операций достигает девяноста дней вместо ста восьмидесяти.

• Открытие собственного предприятия за рубежом, приобретение финансовых инструментов, равно как и недвижимости, должны проводиться в уведомительном порядке.

• Разрешение свободной конвертации рублевых доходов нерезидентов в валюту от операций с финансовыми инструментами (правами требования в любой форме, векселями и т.п. ценными бумагами).

• Отмена ограничения на переводы физических лиц-резидентов иностранной валюты в пределах $75000.

• Снятие ограничений на открытие счетов юридическими лицами за рубежом. Открытие счетов в странах ОЭСР должно проводиться в уведомительном порядке, а в странах, не участвующих в ОЭСР, – по разрешению ЦБ РФ.

• Снятие ограничений на перечень операций нерезидентов с использованием своих рублевых счетов.

• Устранение ограничений по инвестированию рублевых средств нерезидентов в финансовые инструменты (например, векселя), за исключением ценных бумаг особой значимости (акции стратегических предприятий и т.п.).

Литература:

1. Никольский А. Малый бизнес, валютное регулирование и реформа естественных монополий. – http://www.polit.ru/obzor.html.