Запутанные оффшорные операции Банка Индонезии становятся предметом пристального расследования

На первый взгляд, все походило на небрежное ведение бухгалтерских отчетов. Однако после того, как в декабре прошлого года аудиторы приступили к тщательному изучению бухгалтерии Банка Индонезии, их внимание сразу привлекло большое количество весьма странных записей, согласно которым два года тому назад крупные суммы в виде «помощи» были переведены в «филиалы» центрального банка. Когда же финансовые ищейки международной аудиторской компании KPMG и индонезийского правительства копнули еще глубже, их подозрения только усилились. В частности, как показало расследование, когда национальные банки находились в глубоком кризисе, значительные средства были направлены из Центрального Банка в некий филиал в Нидерландах. Затем этот голландский банк скупил ценные бумаги ряда индонезийских организаций, в результате чего возник вопрос о правомерности использования средств центрального банка в этих целях. Более того, аудиторы не смогли найти отчетности в отношении золотых депозитов на многие миллионы долларов, размещенных в Банке Индонезии.

Следователи до сих пор с трудом пробиваются через толщи документов, чтобы узнать правду о событиях в Банке Индонезии в течение последних лет до и непосредственно после падения президента Сухарто в 1998 году. Хотя министерство финансов уже отказывается от прежних подозрений, что в Центральном Банке имеется недостача в размере нескольких миллиардов долларов, аудиторские проверки, проведенные национальным правительством и Международным Валютным Фондом, дают веские основания для сомнений относительно легитимности проведенных банком финансовых операций по поддержанию местных банков. Генеральный прокурор Индонезии не участвует в этой проверке, и уголовные обвинения пока не предъявлены, однако индонезийский Верховный аудиторский совет уже начинает новое расследование, а президент страны Аб-дурахман Вахид требует отставки управляющего Центральным Банком.

Расследование разворачивается на фоне усилий президента Вахида, направленных на удаление из правительства лиц, близких к прежнему президенту Сухарто, повышение роли вооруженных сил и возвращение в Индонезию иностранных инвесторов. В этом контексте тщательная ревизия Центрального Банка могла бы убедить вкладчиков, что Вахид полон решимости открыть новую эру - эру транспарентности. В то же время, появление новых неприглядных откровений вполне способно еще более подорвать доверие к стране как таковой, выставив напоказ недостатки учреждения, которое в глазах многих считалось неподвластным нажиму олигархической политики при Сухарто. Подобные разоблачения могли бы также наглядно продемонстрировать масштабы стоящих перед Вахидом задач. В этой связи один банкир заметил: «Индонезия - банкрот и в моральном, и в экономическом смысле». Если Вахиду не удастся справиться с этими проблемами, инвесторы не вернутся.

Официальные представители Банка Индонезии отрицают факты каких-либо противоправных деяний или нарушений. Есть люди, которые не понимают задач Центрального Банка, говорит его управляющий Сиахрил Сабирин в ответ на критику. При этом он добавляет, что, по его мнению, ему удалось немало сделать на своем посту. Сабирин упрочил независимость банка от министерства финансов, добился снижения процентных ставок и замедления темпов инфляции.

Центральный Банк был учрежден несколько десятилетий тому назад так называемой берклийской мафией, объединившей уважаемых индонезийских аристократов, многие из которых обучались в Беркли, одном из многочисленных кампусов Университета штата Калифорния. Контроль над банком осуществлялся государственными чиновниками с казалось бы кристально чистой репутацией. Поэтому защитники доброго имени банка взваливают вину исключительно на Сухарто, который действительно управлял экономикой страны с чудовищными ошибками, но отнюдь не на неправомерное поведение руководства банка.

И все же вопрос остается открытым. Аудиторы компании KPMG уже позволили представителям прессы ознакомиться с двумя 100-страничными отчетами, подготовленными ими в декабре прошлого года. За последние месяцы к расследованию были подключены десятки действующих и бывших официальных индонезийских лиц, иностранных кредиторов и бизнесменов, владеющих информацией о внутренней кухне Центрального Банка. И все они в один голос выражают крайнюю озабоченность по поводу порядка его работы.

Близкие к расследованию источники утверждают, что сейчас аудиторы выясняют, использовал ли Центральный Банк свои зарубежные отделения для выделения 1.4-миллиардного кредита финансовой группе Texmaco, связанной с самим Сухарто. Кроме того, тщательному изучению подвергаются сделки с подконтрольными Центральному Банку оффшорными компаниями, которые могли бы разъяснить, каким образом исчезли еще несколько миллиардов долларов. Остро стоит вопрос и в том, были ли зарубежные операции направлены на обход национального законодательства с целью перевода финансовых средств компаниям, находившимся в фаворе у руководства страны. В условиях экономического кризиса все финансовые институты оказались далекими от совершенства, признает 77-летний Мохаммад Сад-ли, тоже выпускник Беркли, ранее занимавший пост министра горнодобывающей промышленности и энергетики. Надзор над деятельностью Центрального Банка полностью отсутствовал. В этом бесспорная и в то же время горькая истина. Тем не менее, представители Центрального Банка стойко отражают все попытки очернить их репутацию. При этом на настоящий момент полностью отсутствуют какие-либо подтверждения тому, что члены «берклийской мафии» имели личную выгоду от расследуемых финансовых операций.

Особое внимание привлекает одна сделка, которая связана с холдинговой компанией Bahana Pembinaan Usaha Indonesia, специализирующейся на управлении активами, брокерской деятельности и рисковых инвестициях. Она была создана в 1993 году Али Вардханой, в прошлом главным экономическим советником президента Сухарто, а ныне советником Вахида, и пользовалась поддержкой Банка Индонезии и Министерства финансов в интересах решения вполне легитимной задачи, заключавшейся в создании ликвидных рынков для реализации акций приватизированных государственных активов.

После того как Вардхана стал председателем Совета директоров компании Bahana, фирме PT Artha Investa Argha, владельцем которой является его давний друг Суджионо Тиман, было предоставлено право приобрести 40 процентов акций Bahana. При этом до конца не ясно, имел ли Вардхана долю в компании Тимана. Как отмечают зарубежные и индонезийские финансисты, имевшие дело с фирмой Тимана, они были извещены представителями компании, что Вардхана является ее главным акционером. Тем не менее, Утомо Джосо-дирджо, один из руководителей Bahana, отрицает этот факт, а Вардхана и Тиман не отвечают ни на письменные запросы, ни на телефонные звонки.

НА КРАЮ ПРОПАСТИ. В 1996 году, когда экономика Индонезии еще процветала, Bahana выпустила пакет среднесрочных ценных бумаг на сумму 322 миллиона долларов. Однако уже к июлю 1998 года небо над страной потемнело. А когда режим Сухарто рухнул, за ним последовала и рупия, в результате чего местные банки и брокерские фирмы оказались на краю пропасти. Банк Индонезии имел полномочия по предоставлению чрезвычайных займов банкам, но отнюдь не коммерческим организациям, к которым относилась Bahana. Тем не менее, часть ее ценных бумаг была приобретена «филиалами» Банка Индонезии.

Одной из таких организаций стал расположенный в Амстердаме банк Indover, который контролируется Банком Индонезии. Представители инвестиционных банков, работавшие с компанией Bahana, рассказывают, что Indover приобрел пакет ценных бумаг Bahana на сумму 50 миллионов долларов. Представители Bahana при этом утверждают, что им известно лишь о том, что Indover купил пакет их ценных бумаг на сумму до пяти миллионов долларов на вторичном рынке на самом начальном этапе финансового кризиса. Кроме того, по словам Сабирина, Indover получил от Банка Индонезии некую «помощь». Главный управляющий банка Indover Д. ван Леуван утверждает, что эти средства были заимствованы у Центрального Банка в целях «обеспечения рисковых активов в Восточной Азии и Индонезии». При этом ван Леуван отказался подтвердить или опровергнуть, что в число этих активов входили ценные бумаги компании Bahana. По его словам, указанные кредиты уже частично погашены. В то же время, в номере индонезийской газеты Kompas от 14 февраля приводятся выдержки из документов Верховного аудиторского совета, согласно которым Банк Индонезии предоставил банку Indover заем на общую сумму в 1.2 миллиарда долларов.

Оказание помощи банку «Индо-вер» со стороны Центрального Банка не является противоправным деянием. Однако, если целью его кредитования было спасение небанковского института, каковым является компания Bahana, то, по мнению индонезийских экспертов, нарушение национального банковского законодательства налицо. В условиях кризиса Bahana, безусловно, получила выгоду от того, что ее ценные бумаги находились в руках дружески настроенных инвесторов, не настаивающих на незамедлительном производстве платежей.

«БОЛЬШОЙ ВОПРОС». Предоставление экстренной помощи банку Indover выдвинуло на первый план целый ряд достаточно острых вопросов. Например, так до конца и не ясно, почему Центральный Банк направляет средства в Нидерланды в момент, когда уровень ликвидности в Индонезии был на таком низком уровне, что даже реальные производители не могли получить никакого финансирования. И все же Сабирин яростно отрицает, что Банк Индонезии выручал компанию Bahana из беды. Банк Индонезии никогда не предоставлял небанковским организациям кредитов в виде ликвидных средств, утверждает Са-бирин, однако для участников аудита этот тезис не выглядит убедительным. Вся эта история ставит роль Центрального Банка под большое сомнение, говорит один западный экономист.

В настоящее время Bahana ведет переговоры с индонезийским Агентством по реструктуризации банковской системы относительно реструктуризации ее задолженности в размере 1.3 миллиарда долларов. По мнению одного из ее зарубежных консультантов, текущие поступления компании позволяют ей выплатить инвесторам часть задолженности.

Наиболее серьезные обвинения, как представляется, возникли на парламентских слушаниях в ноябре прошлого года. Выступая на заседании одного из комитетов, министр инвестиций Лаксамана Сукарди заявил, что во времена Сухарто, а именно в начале 1998 года, Центральный Банк перевел 1.4 миллиарда долларов в виде торговых кредитов группе Texmaco, конгломерату, находившемуся под управлением М. Синивасана, человека из самого близкого окружения бывшего президента. Согласно заявлениям ряда государственных чиновников в ходе указанных слушаний, Банк Индонезии предоставил эти средства оффшорным отделениям государственного коммерческого банка Bank Negara Indonesia (BNI), которые, в свою очередь, передали эти деньги в виде кредита в долларовом выражении группе Texmaco.

По словам Лаксаманы, предоставление указанных займов повлекло за собой нарушение законодательно закрепленных ограничений на кредитование и запрета на финансирование торговых операций до осуществления поставок. Тогдашний управляющий Банка Индонезии Соедраджат Дживандоно признался, что ему пришлось утвердить выделение займов группе Texmaco под жестким давлением президента Сухарто. «Я испугался. У меня есть семья», - говорил Джи-вандоно, который был уволен Су-харто со своего поста в начале 1998 года. Агус Дарджанто, директор BNI по вопросам корпоративного кредитования, в свою очередь, отрицает, что его банк использовал свои оффшорные филиалы для предоставления этих кредитов. Наш банк не знал о связях между Сухар-то и группой Texmaco, утверждает он. При этом группа Texmaco на письменные запросы не отвечает.

Аудиторы также изучают другие акции Центрального Банка Индонезии. В 1998 году, когда инфляция находилась в зачаточной стадии, владельцам магазинов, компаниям и потребителям для текущей деятельности были необходимы дополнительные наличные средства. А МВФ, со своей стороны, в упреждение возможной гиперинфляции выступал против того, чтобы Центральный Банк увеличивал денежную массу.

Банк Индонезии согласился с этими рекомендациями, однако, как утверждают некоторые банкиры в Джакарте, в интересах снижения дефицита Центральный Банк периодически печатал банкноты с уже имеющимися в обращении номерам. При этом дополнительные банкноты имели специальную ультрафиолетовую маркировку, позволяющую их оперативное выявление и изъятие из обращения. Тем не менее, банкиры, якобы извещенные о «двойной печати» представителями Центрального Банка, утверждают, что эта мера в значительной степени содействовала раскручиванию гиперинфляции. Сабирин же признает, что знал о находящихся в обращении поддельных банкнотах, однако полностью отрицает возможную причастность Центрального Банка к их выпуску.

Это только один из нескольких вопросов, возникших в ходе аудиторской проверки силами компании KPMG и уже ставший предметом расследования второго аудита, проводимого Международным Валютным Фондом. Как отметил один из ведущих участников второй проверки, указанные вопросы будут в текущем году также подвержены изучению Верховным аудиторским советом Индонезии. В частности, аудиторы планируют приступить к поиску золотых запасов Банка Индонезии на сумму в 200 миллионов долларов, в отношении которых KPMG не смогла обнаружить необходимых депозитных сертификатов. Сабирин настаивает, что Центральный Банк поместил свое золото в Банке Англии и ряде других «весьма уважаемых институтов», тогда как аудиторы, по его мнению, «не могут как следует разобраться» в системе электронных бухгалтерских учетов индонезийского банка.

По крайней мере, ясно одно - в заключительные дни режима Сухар-то Центральный Банк оказался под мощным давлением. Мудрые люди, как правило, не имеют достаточного политического веса, говорит Радиус Провиро, который находился на посту управляющего Центральным Банком в период с 1966 по 1973 год.

Дальнейшее направление расследования, равно как и возможность предъявления уголовных обвинений, в значительной степени зависят от результатов последующих аудиторских проверок. Сабирин отчаянно сопротивляется нажиму со стороны президента Вахида, который настаивает на его отставке, на основании того, что Центральный Банк страны должен быть независим от какого-либо политического влияния. В любом случае, ущерб вряд ли может быть полностью устранен за счет только замены кадров. Перестройка национальной банковской системы - это не финансовый вопрос, говорит старший заместитель управляющего банком Анвар Насутион. Нам необходимо изменить всю национальную корпоративную культуру. А на это могут уйти долгие, долгие годы.

Попытки президента Вахида провести «чистку» в руководстве центрального банка вызывают отторжение ведущих государственных деятелей

Сиахрил Сабирин — высокопоставленный сотрудник Банка Индонезии при режиме Сухарто и его управляющий с 1998 года. Находится под пристальным вниманием Международного Валютного Фонда и национального министерства финансов по поводу его роли в управлении активами банка в период финансового кризиса. Сопротивляется нажиму со стороны президента Вахида, настаивающего на его отставке.

Абдурахман Вахид — после занятия поста президента страны в октябре прошлого года активно проводит линию на смещение с высоких должностей ставленников прежнего президента Сухарто, осуществление кадровых «чисток» в государственном аппарате и восстановление доверия иностранных инвесторов. Уже освободил от должности руководителя Агентства по реструктуризации банковской системы и добивается отставки управляющего Центральным Банком.

Денежный след

Механизм одной сомнительной операции

1 Bahana, индонезийская финансовая компания, принадлежащая Банку Индонезии, выпускает среднесрочные ценные бумаги.

2 Центральный Банк Индонезии предоставляет кредит базирующемуся в Нидерландах банку Indover, который также контролируется Банком Индонезии.

3 Bahana попадает в сложное финансовое положение, после чего Indover приобретает часть ее ценных бумаг. Как представляется, этот шаг позволил Bahana оградить себя от кредиторов, настаивающих на погашении задолженности.

4 После дефолта компании Bahana Банк Индонезии отказывается признавать указанные ценные бумаги. В конечном итоге значительная часть ее долговых обязательств, причем по цене ниже номинальной, оказывается в руках банка Indover и индонезийского Агентства по реструктуризации банковской системы.

Результат: Потери Bahana, по всей видимости, будут покрыты за счет налогоплательщиков и Центрального Банка страны. Расследование в отношении возможного нарушения законодательства продолжается.