Российская экономика сегодня планомерно преодолевает последствия финансового кризиса 1998 года и постепенно выходит на траекторию устойчивого экономического роста. Главное сейчас – сохранить достигнутые положительные результаты и на их основе продолжить рыночные преобразования. Одна из ключевых ролей отведена здесь российской банковской системе. Однако банковская система России, к сожалению, не всегда идет в ногу с экономическим развитием страны, зачастую не поспевая за этим процессом, хотя по некоторым ключевым параметрам она должна его даже опережать.

В поиске путей адаптации

Вбанковском секторе России сложилась следующая ситуация. С одной стороны, преодолены наиболее острые последствия кризиса. С другой – банковская система еще полностью не оправилась от огромных потерь. Так, в реальном исчислении совокупные активы банков составляют порядка 90% от предкризисного уровня, кредиты реальному сектору экономики составляют приблизительно 96%, совокупный капитал действующих банков – около 80%. Вклады населения составили 68% от предкризисного уровня.

Объем совокупных активов банковской системы нашей страны соответствует всего лишь 10% активов Deutsche Bank’а. По размеру собственного капитала ведущие российские банки среди финансовых институтов мира занимают места где-то между 4-й и 8-й сотней.

Совершенно очевидно, что такая маломощная банковская система не в состоянии адекватно поддержать тот подъем, который наметился в реальном секторе, и тем более удовлетворить спрос предприятий на инвестиционные ресурсы. По некоторым оценкам, экономика инвестируется преимущественно (на 85%) за счет собственных ресурсов предприятий. При этом роль банковских кредитов ничтожно мала. Кредиты реальному сектору в совокупных активах банковской системы по-прежнему составляют около 30%, а удельный вес кредитов в общем объеме инвестиций в основной капитал – всего 3%.

По существу, российская банковская система сегодня выполняет лишь техническую функцию финансового посредника между рынком капитала и производством. Причем система явно не в состоянии регулировать переток средств из капиталоизбыточных секторов в капиталодефицитные, не может выступать в роли локомотива хозяйственного подъема, и потому далеко не в полной мере отвечает экономическим потребностям страны.

Причин здесь много. Во-первых, это недостатки самой банковской системы:

– низкий уровень капитализации

– 90% банков имеют капитал менее $10 млн., уставной капитал более трети работающих банков составляет менее $1 млн.;

– недопустимо низкая концентрация банковского капитала – доля 10 крупнейших банков в совокупном капитале банковской системы России составляет около 40%;

– плохое качество банковского капитала;

– низкая эффективность управления активами, низкое качество пассивов.

Во-вторых, это слабое государственное регулирование основ построения рыночной экономики. В-третьих, отсутствие платежеспособного спроса на кредитные ресурсы (займы предприятиям реального сектора по-прежнему относятся к крайне рискованным вложениям). В-четвертых, отсутствие эффективных инвестиционных проектов. В-пятых, недоверие населения к банковской системе – только 11% доходов населения трансформированы в организованные сбережения.

В настоящее время банковская система находится в состоянии поиска путей адаптации к новым условиям. Однако, как представляется, без помощи государства самостоятельное приспособление банков к сложившимся условиям при недостаточных внутренних ресурсах затянулось бы на долгие годы. Правительство Российской Федерации, очевидно, должно взять в свои руки инициативу по реструктуризации и рекапитализации банковской системы, в том числе через институт банков с государственным участием.

Мировой опыт дает немало позитивных примеров участия государства в экономике и, в частности, в банковском секторе. Есть целый ряд стран с развивающейся экономикой, где доля государственного сектора чрезвычайно высока, а банковский сектор при этом сильнее, чем в России. Например, Китай, где по существу 99% банковского сектора является государственным, а крупнейшие китайские банки занимают позиции в первой сотне ведущих корпораций мира, опережая «Газпром» и другие крупнейшие российские естественные монополии.

Примечателен опыт Индии, где в конце 60-х годов было принято решение о создании целостной системы государственных банков, что обеспечило рост инвестиций до 10% в год. Небезынтересен послевоенный опыт Японии, в которой, благодаря специально созданной системе регулирования сбережений граждан, все накопления через государственные банки вкладывались в развитие национальной экономики.

По моему глубокому убеждению, сегодняшнее развитие России требует временного усиления роли банков с государственным участием. В основе этого лежат объективные причины:

1) большая легкость капитализации и рекапитализации;

2) больший уровень доверия населения, корпоративной клиентуры и иностранных инвесторов (к примеру, 85% вкладов населения до сих пор лежат в Сбербанке);

3) большая устойчивость и надежность (уроки кризиса 1998 года: несмотря на отсутствие существенной поддержки из бюджета, банки с государственным участием выстояли и даже активизировали свою деятельность);

4) способность банков с государственным участием поддержать реальный сектор, заполнить ниши, которые часто называют «провалами рынка», где коммерческие банки не видят для себя интереса в приложении капитала.

Но пока государственные и частные банки работают на одном рынке, для них должны существовать единые правила функционирования:

– все коммерческие банки, независимо от специализации и формы собственности, должны иметь абсолютно равные права на проведение тех или иных видов операций;

– недопустимо втягивать государственные банки в кредитование предприятий убыточных или не обеспеченных ресурсами государственных программ;

– на банки с государственным участием должны распространяться те же требования и нормы банковского надзора, что и на другие кредитные организации, в капитале которых государство не участвует;

– все банки должны быть равнодопустимы к ресурсам федерального бюджета.

По состоянию на конец 2000 года, в число тридцати самых бюджетных банков из государственных попал только Сбербанк (что вполне понятно, так как 85% депозитов населения размещены в Сбербанке). А вот лидируют здесь коммерческие банки: Банк Москвы, Альфа-банк, Росбанк, Мост-банк, МДМ-банк, Автобанк, Собинбанк. Причем объемы в них проходили далеко не малые – чего стоят только таможенные платежи, оцениваемые ежегодно в 9 млрд. долларов.

Как и вся банковская система России, Внешэкономбанк не стоит на месте. Позиции банка продолжают укрепляться. В конце 2000 года международное рейтинговое агентство Thomson Watch повысило долгосрочный рейтинг Внешэкономбанка с «ССС» до «В-», приравняв его к суверенному рейтингу России. Это серьезный знак для иностранных инвесторов.

По состоянию на 22 марта 2001 года, валюта баланса банка с учетом централизованных операций составила 7.6 трлн. рублей. Через банк в настоящее время проходит примерно 10% внешнеторгового оборота России.

Мы сейчас серьезно работаем над реформированием банка, превращением его в акционерный со 100-процентным участием государства. Соответствующие предложения направлены на согласование в заинтересованные министерства и ведомства.

Кто поставит точку в «долговой истории»?

Теперь хотя бы несколько слов о проблеме государственного внешнего долга. Для начала – немного статистики. По состоянию на 1 января 2001 года, внешний госдолг оценивался в $144.4 млрд. Говорю «оценивался» не потому, что мы не знаем точной цифры, а потому, что задолженность номинирована в 18 валютах, то есть влияние курсового фактора на итоговую цифру более чем значительно.

Структура внешнего долга характеризуется примерно равным соотношением «нового» российского долга и задолженности по обязательствам бывшего СССР, суммы которых составляют $70.8 млрд. и $73.6 млрд., соответственно.

По сравнению с 1 января 2000 года, государственный внешний долг уменьшился на $14 млрд., что обусловлено списанием части обязательств перед кредиторами Лондонского клуба ($9.2 млрд.) и осуществлением плановых платежей по погашению задолженности перед МФО, а также перед официальными кредиторами.

Важнейшая задача настоящего момента – обеспечение текущих платежей в соответствии с имеющимися графиками. После принятия соответствующих решений Правительством и Государственной Думой Внешэкономбанк не испытывает затруднений с фондированием выплат кредиторам Парижского клуба. Уже в апреле, как мы и рассчитывали, Россия начала выплату долгов по графику.

К сожалению, ситуация складывается таким образом, что Правительству РФ не удалось выйти на заключение нового соглашения о реструктуризации задолженности перед странами-членами Парижского клуба. В подходах кредиторов явно доминирует политическая линия, прикрываемая ссылками на удовлетворительное состояние российской экономики, подпитываемой «нефтедолларами». Этот подход уже вызвал критику со стороны частных кредиторов России, нашедшую, в частности, отражение в открытом докладе Ассоциации торговли долговыми инструментами зарождающихся рынков. Заголовок доклада отражает суть позиции Ассоциации: «Распределение финансового бремени в 2000 году: настало время реформировать Парижский клуб».

Особое беспокойство вызывает так называемая «проблема 2003 года». России предстоит выплатить кредиторам минимум $18 млрд., а с учетом части пока еще не реструктурированных долговых обязательств – свыше $20 млрд. Поэтому необходимо усилия на переговорном уровне дополнить мерами, имеющими рыночную направленность. В числе таких мер – проведение операций по схемам «долг в обмен на акции», «долг в обмен на финансовые требования», товарные схемы погашения задолженности, рефинансирование некоторых категорий внешнего долга (например, перед МФО). Наконец, нельзя исключать и проведение добровольной новации задолженности по облигационным займам.

Проблема внешнего долга еще долгое время будет оставаться одной из ключевых для российской экономики. Видимо, окончательную точку в «долговой истории» страны предстоит поставить уже новому поколению.

Опыт работы Внешэкономбанка по вопросам урегулирования и обслуживания государственного внешнего долга за последние 10 лет свидетельствует о том, что для решения стоящих перед Россией долговых проблем требуются высококвалифицированные специалисты в сфере международных финансовых отношений и международного права. Такие специалисты должны обладать глубокими знаниями о существующих в мировой практике методах и подходах к урегулированию долговых обязательств, должны уметь анализировать финансовые и правовые аспекты проводимых операций, а также оценивать последствия принимаемых решений в области управления государственным внешним долгом. Однако сегодня в стране нет ни одного вуза, который готовил бы экспертов по специальности «международное финансовое право».