О том, насколько сегодняшний фондовый рынок России стабилен, и о его новых тенденциях журнал «Валютный спекулянт» попросил рассказать Геннадия Марголита – заместителя генерального директора Фондовой биржи ММВБ, кандидата экономических наук.

– Геннадий Ремирович, Вы заняли высокий пост в 2004 году. Какие за это время на фондовом рынке, и на ММВБ в частности, произошли самые важные события?

– К таковым я бы отнес либерализацию рынка акций Газпрома – и последующее неизбежное перетекание ликвидности на Фондовую биржу ММВБ. Российский рынок освободился от одного из последних рудимен тов переходного периода – ограничения на торговлю акциями крупнейшего эмитента в России и мире. Так же настоящая революция произошла в регулировании IPO – режим публичных размещений приблизился к международным стандартам. Знаковым событием ста ло размещение Роснефти – и по масштабам, и по схеме (двойное IPO – в России и за рубежом), и по со ставу инвесторов, всколыхнувшее слой российских розничных инвесторов.

– Кризисов больше не будет?

– Сначала определимся с тем, что следует понимать под словом «кризис». Как своеобразный «критерий» возьмем кризис 1998-1999 гг. Я пока признаков появления подобного системного кризиса не вижу. Ведь он возможен только при отсутствии макроэкономический стабильности. Даже если представить, что в силу ка ких-то причин цены на нефть начнут понижаться (на пример, обнаружатся дополнительные огромные месторождения нефти), у ресурсоэкспортирующей России все равно уже накоплена приличная «подушка» в виде Стабилизационного фонда. Также я бы отметил: пусть не так быстро, как хотелось бы, но структурная ре форма все же происходит, развиваются отрасли, не связанные с добычей ресурсов, включая отрасли с высокой добавленной стоимостью, в том числе высоко технологичные. Это залог будущего процветания и стабильности России. Разумеется, какие-то откаты рынка неизбежны, но даже если цена на нефть серьезно пой дет вниз, то это вряд ли станет причиной системного кризиса. Правда, погоду на фондовом рынке это все же определяет. Сейчас мы наблюдаем подъем экономики (другое дело, что экономический рост пока не очень качественный, ведь резкого изменения структуры экономики не происходит). Что касается политических рисков – политика зависит от экономики, и на оборот. Пока у нас экономическая стабильность, какие-либо серьезные катаклизмы вряд ли возникнут.

Другое дело, что фондовый рынок такими же быстрыми темпами, как раньше, расти уже не будет. После 1998 года он поднимался со дна (вообще быстрый рост свойственен всем так называемым emerging markets – развивающимся рынкам), но теперь некоторые черты зрелости, в том числе и отсутствие сильного роста, рынком уже приобретаются.

Не стало безумных доходов (и рисков), касающихся узкой группы игроков. Взамен мы получили стабильность, ликвидность и снижение рисков. Рынок стал более прогнозируемым. Краткосрочная волатильность, когда цены скачут туда-сюда, уходит в прошлое. И в новых условиях открылись двери для выхода на рынок массового инвестора. Ситуация с продажей бумаг Роснефти показала, что это вполне возможно, что интерес населения к рынку акций есть. Другое дело, что наиболее перспективный клиент – это не пенсионеры, а средний класс, осознающий всю полноту ответственности за свои инвестиционные действия.

– Вы считаете сегодняшний момент для прихода частных инвесторов удачным?

– Для прихода массового инвестора созданы все пред посылки, включая законодательные. Появились такие объективные факторы, как наличие профучастников и посредников, ликвидных объектов инвестирования, сложилась инфраструктура рынка. Сейчас обороты на ММВБ составляют в день $3 млрд. Это довольно много. Правда, раздается критика, что круг инструментов (преимущественно голубых фишек, blue chips) очень узок, но население и не должно работать с рисковыми инструментами.

На мой взгляд, существующих бумаг достаточно, а население вполне может инвестировать средства в Газпром, РАО ЕЭС, Роснефть, Норильский никель, ЛУКойл, Сбербанк и т.п. Очень многих, в частности, вывела из спячки либерализация Газпрома, проведенная в январе 2006 г. По словам брокеров, в конце прошлого года народ самого разного достатка буквально повалил покупать его акции.

В итоге ожидания оправдались: за три года цена акций Газпрома выросла совершенно феноменально – в 7-8 раз. Причина такого эффекта в том, что бумаги были ограничены в правах – не торговались на крупнейших биржевых площадках, и их не могли покупать иностранцы.

У нас собрана информация о росте количества ин весторов: темпы резко увеличились именно с конца прошлого – начала этого года. Сейчас прирост составляет порядка 2000 человек в неделю. Скоро у нас появится 200-тысячный частный инвестор – физическое лицо (это не считая юридических лиц, иностранных инвесторов, не считая ПИФы и доверительное управление).

Что интересно: в мае 2006 г. был небольшой обвал рынка, и мы думали, что приток инвесторов прекратится. Получилось наоборот: люди, видимо, ждали, когда бумаги подешевеют, и кинулись их покупать. И сейчас темпы не снижаются, а несколько даже увеличиваются. То есть получается, что за год частная клиентская база увеличивается на 50%. Темпы довольно высокие. Но пока доля частных инвесторов для такой страны, как Россия, ничтожна. Я думаю, что приход частного инвестора приобретет черты массового характера. Интернет-брокеры сейчас берутся за любого инвестора, пришедшего даже с весьма незначительными средствами, а все транcакционные издержки – комиссионные брокерские, депозитарные, биржевые – достаточно низки.

Не исключено, что темпы привлечения средств на селения станут увеличиваться, так как наличествует и потенциал, и свободные ресурсы. Значительный потенциал прослеживается в регионах – многие серьезные брокеры сейчас выстраивают свои региональные сети.

Конечно, есть такая тема, как защита прав инвесторов, но на фондовом рынке ее уровень вполне приемлем (я имею в виду законодательную защищенность, раскрытие эмитентом информации, транспарентность компаний, требования со стороны регулятора, наличие системы листинга).

– Приход частного инвестора – это единственная тенденция рынка?

– Появление массового частного инвестора я бы обо значил как самую яркую тенденцию рынка. Еще к веяниям сегодняшнего дня я бы отнес формирование институционального инвестора. Например, довольно бурно растут ПИФы, пенсионные и страховые компании. Возможно, они развиваются не так быстро, как хотелось бы, но тут многое завязано на пенсионную реформу. Еще важное значение имеет изменение со става инвесторов-нерезидентов. Если раньше на нашем рынке работали преимущественно спекулянты, то теперь появились более серьезные и консервативные институциональные инвесторы. Это связано с рядом причин, в том числе с повышением рейтингов России, ее респектабельности, снижением волатильности и с тем, что у отечественного фондового рынка достаточно прилично выстроена инфраструктура. Если раньше российские депозитарные расписки иностранцы предпочитали покупать на Лондонской бирже, то сейчас они проводят операции на Фондовой бирже ММВБ в массовом порядке.

Доля операций с российскими ценными бумагами внутри страны непрерывно увеличивается и составляет в настоящий момент около 70% (ранее процентное соотношение операций внутри страны и за рубежом составляло 50% на 50%). На внутренний российский рынок стали приходить крупнейшие международные инвестиционные дома, они получают соответствую щиелицензии, становятся членами биржи – среди них Morgan Stenly, Merill Lynch, CitiCorp. Безусловно, это свидетельствует о зрелости рынка.

– Законодательство успевает за новыми тенденциями рынка?

– С начала года законодательство по IPO стало более дружелюбным к российским эмитентам. По отношению к российским компаниям введено требование двойного IPO (когда не менее 30% ценных бумаг компании подлежит размещению на внутреннем рынке). Кроме того, к компаниям пришло понимание, что нет особого смысла размещаться за рубежом, переплачивая за это. Наступает переломный момент – средние компании начинают отдавать предпочтение российским внутренним площадкам. Скорее всего, компания, желающая привлечь $100 млн., вообще не пойдет на запад, а будет размещаться в России.

На мой взгляд, при отсутствии подпитки со стороны компаний, выходящих на рынок, рынок может про сто зачахнуть. По аналогии с человеческой жизнью, есть приход – и есть уход. IPO – это рождение. Если не будет рождения, естественная смертность будет сужать рынок.

У нас есть набор сверхкрупных компаний, включая и тех, кто не представлен на рынке. Но их набор ограничен. И никакой новый Газпром с нуля не появится. Но есть много средних компаний, которые имеют возможность стать крупными. Капитализация растет. Примером может служить компания Росбизнесконсалтинг, осуществившая IPO. Сейчас ее капитализация превосходит миллиард долларов, и она входит в индекс ММВБ. Понятно, что не каждая компания, осуществляющая IPO, войдет в число голубых фишек. Но даже если их ряды пополнит каждая десятая, все равно это обеспечит приток. И такие примеры уже существуют. То есть самих голубых фишек должно стать не 15, а, допустим, 50.

– Насколько защищен частный инвестор, приобретающий акции средней компании?

– Малым и средним компаниями, зачастую не имеющим длинной истории, гораздо сложнее привлечь инвесторов. Поэтому на нашей бирже есть проект инновационных и растущих компаний (ИРК). Это создание сектора, площадки в площадке. Там будут, с од ной стороны, определенная либерализация доступа компании, а с другой – дополнительные требования по раскрытию информации. Последняя мера призвана гарантировать инвестору защиту от повышенных рис ков. В частности, создан институт листинговых агентов. Это профучастники, гарантирующие раскрытие компанией информации, несущие своим имиджем ответственность перед инвестором. Также вводится требование к дополнительным документам, которые компания должна будет представить – среди них инвестиционный меморандум, календарь корпоративных событий и т.д. Эти требования не запредельные. Компа нии понимают, что даже если сейчас они не соответствуют определенным критериям, то им все равно нужно будет предпринять определенные шаги, чтобы найти своего инвестора. Фактически задача биржи – создать благоприятную среду для встречи компании с инвестором. Если компании инвестор не нужен, она к нам просто не придет.

Надеюсь, что новая площадка заработает уже в 2006 году. Должны вступить в силу новые норматив ные документы ФСФР, и начиная с октября-ноября можно ожидать появления уже каких-то прецедентов размещения. Сейчас ведутся переговоры с рядом ком паний. Полагаю, что сначала у нас будет 3-4 пилотных проекта.

– Как вы оцениваете перспективу акций Газпрома?

– Есть спрос и предложение. Какой есть спрос – такова и цена, столько бумаги и стоят. Потому четко сказать, сколько должен стоить Газпром – нельзя. Все очень относительно. Другое дело, что Газпром очень быстро рос, и тот факт, что сейчас он вполне сопоставим по цене с западными аналогами, говорит о том, что дальше так же быстро расти он не будет. Сейчас его акции должны быть особенно интересны консервативным инвесторам.

– Биржа способна переварить увеличивающееся число инвесторов?

– Число трансакций, конечно, возрастает. Месяц назад мы проводили специальное тестирование нашей системы торгов. И оно показало, что у нашей системы мощный потенциал, и в течение ближайших не скольких лет она переварит любой приток клиентов.

– Работа занимает массу сил и времени. Любимые увлечения удалось сохранить?

– Несмотря на занятость, увлечений у меня в жизни много. Среди них занятия фотографией и боевыми искусствами. Сейчас это айкидо, в котором я в июне был аттестован на зеленый пояс (для сведения: сначала идет белый пояс, потом желтый, оранжевый, зеленый, синий, коричневый и черный – ред.). Всего же айкидо я занимаюсь уже 4 года. Фотографировать я учился сам, по книгам. Этому увлечению тоже порядка четырех лет. Больше мне нравится снимать пейзажи, горы, крупные промышленные объекты. Спорт и фотография помогают мне быть в творческом и физи ческом тонусе.

– А чтение? Например, журнала «Валютный спеку лянт»?

– На мой взгляд, журнал профессиональный, весьма компетентный, имеющий свое лицо. Я его часто пролистываю.

– Спасибо за лестную оценку.