Не все то золото...

Среди инвесторов существует небольшая прослойка людей, вкладывающих деньги в золото. Золото - достаточно консервативный финансовый инструмент, и поэтому вложения в золотые деривати-вы, по мнению трейдеров, большого риска, как и прибыльности, не представляют.

Разумеется, американский рынок золота невелик по объему, если сравнивать с огромными рынками долговых обязательств или FOREX. Однако позиции JPMorganChase по золоту намного больше объема... самого рынка.

Согласно отчету Управления валютного контроля США (United States Comptroller of the Currency, OCC), о котором мы упоминали [1], в I квартале 2001 г. банк контролировал $56.8 млрд. по золотым деривативам. Для сравнения можно сказать, что каждый год на планете добывается более 2500 тонн золота, что соответствует всего $22 млрд. по цене $275 за тройскую унцию. Получается, что банк JPMorganChase контролировал каждую унцию золота, которая еще только будет добыта всеми странами мира в ближайшие два с лишним года (если предположить, что производство золота не будет снижаться из-за непривлекательно низких цен, на что надеяться не следует).

Впрочем, отчет ОСС за III квартал 2001 г. показал существенное снижение той гипотетической суммы, которой «владеет» банк по золотым производным. Она уменьшилась за полгода аж на 35%, и составляет теперь «всего лишь» $37 млрд. (см. врезку). Теперь JPMorganChase контролирует не 62%, а 55% производных на золото среди всего сообщества коммерческих банков и трастовых фондов США, а мировая золотодобывающая промышленность должна будет покрывать аппетиты супермонстра не два с половиной года, а менее двух лет. Впрочем, на суть исследования данный факт не слишком-то влияет.

Можно ли судиться с денежным мешком?

Все большее число инвесторов во всем мире задается теми же вопросами по поводу JPMorganChase. 7 декабря 2000 г. американский адвокат Реджинальд Хоуи (Reginald Howe) при поддержке Антитрастового золотого комитета (Gold Anti Trust Action Committee, GATA) возбудил беспрецедентное дело против швейцарского Банка международных расчетов (Bank for International Settlements, BIS), должностных лиц из Казначейства США и Федеральной резервной системы США, а также пяти инвестиционных компаний (www.zeal-llc.com/howepla.htm). Упомянутые выше банки и компании американские аналитики часто называют «золотым картелем».

В своем исковом заявлении г-н Хоуи подробно изложил, как некоторые крупные банки, занимающиеся производными на золото, оказались связанными с активными манипуляциями на мировом рынке в нарушение законодательства Соединенных Штатов. Вскоре после этого дело было передано в Бостонский окружной суд США.

В деле Р. Хоуи против BIS среди ответчиков оказались и оба банка-родителя нашего монстра -JP Morgan и Chase Manhattan. В своем иске адвокат Хоуи отметил аномально высокую активность обоих банков на рынке производных на золото, что задокументировано также в более ранних отчетах ОСС. Эта активность прекрасно коррелирует с ценами на золото. Очень обоснованно предположение, что оба банка, представленные ныне единым JPMorgan-Chase, применили хорошо разработанную целевую стратегию по сделкам с производными на золото, чтобы способствовать неконтролируемому скачку цен на металл, происшедшему в конце 1999 года - после того, как центробан-ки европейских стран согласились сократить продажу и лизинг золота в соответствии с Вашингтонским соглашением. Имеется ряд документов, что оба родителя нынешнего супербанка были чрезвычайно активны на рынке золотых деривативов. Это косвенно свидетельствует о том, что они обладали какой-то инсайдерской информацией о событиях на золотом рынке. Иначе руководители JPMorganChase никогда бы не стали покупать золотые деривативы, базовые активы которых превышают в 1.35 раза акционерный капитал!

28 марта 2002 года Бостонский окружной суд принял решение о прекращении дела на формальных основаниях, но не по сути предъявленных обвинений.

По мнению известного финансового комментатора Джеймса Тёрка (James Turk), суд не поддержал иска Р. Хоуи лишь потому, что приведенных истцом фактов было недостаточно для выигрыша дела. Таким образом, можно сделать вывод, что суд не счел дело полностью безосновательным. Однако истцу дали понять, что он не имел всех правомочий для подачи иска.

Тем не менее, в судебном постановлении было четко сказано, что суд рассматривал дело о «нечестивом сговоре между высокопоставленными государственными чиновникам и банками «с большими золотыми слитками» с целью манипуляции цен на золото». Также в постановлении говорилось, что «по мнению истца, разные группы ответчиков совершили два взаимосвязанных между собой неправомерных действия: во-первых, все ответчики сговорились о понижении цен на золото, во-вторых, некоторые ответчики сговорились об установлении несправедливо низкой цены на акции банка BIS». Из текста постановления аналитик Дж. Тёрк сделал вывод, что суд не отрезал полностью путей для золотодобытчиков в отстаивании своих прав. Дело в том, что американские золотодобывающие компании нуждаются как в банках, которые работают с золотом, так и в поддержке правительства США при получении лицензий на разработку золотых месторождений. Добытчики очень боятся «золотого картеля» - поэтому так легко было возможно организовать заговор и снять «золотые сливки».

Благодаря расследованию, начатому адвокатом Р. Хоуи и председателем GATA Б. Мёрфи, становится ясным, что внедряемая схема обрушения рынка золота -лишь верхушка айсберга аферы, в которую вовлечены процентные ставки и мировые валюты, и которая направлена на лишение финансовых рынков каких-либо стандартов стоимости. Организаторы аферы хотят осуществить мировую экспроприацию в пользу интересов Уолл-Стрита, пытающегося сделать весь мир рабом американского доллара.

По словам Р. Хоуи и Б. Мёрфи, они будут продолжать свою работу по разоблачению махинаций на рынке золота, несмотря на решение суда.

Кому выгодно?

Еще 30 мая 2001 г. аналитик Майкл Болсер и председатель GATA Билл Мёрфи опубликовали совместную статью о процентных производных, которыми владеет JPMorganChase. Они установили, что гипотетические активы под позициями по производным у JPMorganChase составляют не менее $16 трлн. (На самом деле, как было показано в [1], свыше $30 трлн. - Ред.). Этот факт тогда казался невероятным. Аналитики отмечали, что эти позиции с середины 1998 г. возросли вдвое - астрономический рост с учетом абсолютной величины суммы.

Вывод авторов статьи оказался поразительным: мировые цены на золото были преднамеренно занижены или заморожены. Это и стало предпосылкой для огромного роста объемов позиций по производным банка JPMorganChase, поскольку управляемые цены на золото должны были запустить механизм снижения инфляционных ожидании и создать условия для меньшей волатильности и рисковости срочного рынка, чем в условиях действительно свободного рынка.

После публикации статьи М. Болсера и Б. Мёрфи ряд рыночных аналитиков выступил с комментариями на эту тему. Однако проблема оказалась скрытой от общественности, и поэтому не вызвала большого интереса в средствах массовой информации. Весьма неестественно для страны, где граждане гордятся свободой слова.

13 августа 2001 г. все тот же Р. Хоуи публикует великолепный комментарий под названием «Нарушение парадокса Гибсона. Профессор Саммерс анализирует цены на золото». В соответствии с т.н. «парадоксом Гибсона», в условиях режима золотого стандарта существует чрезвычайно жесткая обратная зависимость между уровнями цен на золото и процентными ставками. Фактически процентные ставки могут быть использованы для прогноза движения цен на золото - и наоборот (рис. 2).

Парадокс Гибсона позволяет найти ключ к решению загадки, связывающей огромные позиции JPMorganChase по процентным производным и тайные манипуляции с мировыми ценами на золото.

Недавние исследования правительственных стенограмм, проведенные Р. Хоуи совместно с Дж. Тёрком, с достоверностью свидетельствуют о том, что некоторые члены американского правительства во времена президентства Б. Клинтона, с 1995 г. до конца 2000 г., действительно занимались активными манипуляциями с ценами на золото.

Есть несколько версий резкого снижения позиций по производным у банка JPMorganChase.

Во-первых, спрос на золотые деривативы мог упасть потому, что они стали менее доходным инструментом. JPMorganChase выбрал нормальную стратегию и начал выходить из рынка. Это -самое простое объяснение, но оно игнорирует огромное число важных рыночных данных по золоту и предполагает, что произошло колоссальное количество случайных совпадений. А опытный трейдер чем больше торгует на рынках, тем меньше верит в случайные совпадения. Рынки -это чрезвычайно сложные механизмы с запутанными схемами, где правят бал неожиданные причины и следствия. Небольшие круги по воде от камня, брошенного в глобальный финансовый пруд, могут быстро распространиться по всей его поверхности и вызвать на окраинных берегах хаос, который мало кто способен предусмотреть.

Во-вторых, JPMorganChase хорошо осознает очень сильные бычьи тенденции на рынке золота (рис. 1), вызванные огромными годовыми объемами добычи золота и глобальным дефицитом спроса. Осознает падающие прибыли на торгах золотом, сильно переоцененный американский доллар и опасные и злые рынки американских акций. Возможно, банк ожидает, что в скором времени золотые рынки станут гораздо более волатильными, а центральные банки других стран прекратят поддерживать ликвидность золота и кредитование под залог металла. Вот тогда бы был смысл в уменьшении огромных позиций по производным и снижении рисков перед тем, как налетит «золотая буря». Ведь непредсказуемая волатильность это яд для срочных контрактов, и этот яд может оказаться смертельным. А гипотетические активы под золотыми деривативами составляют у супербанка сейчас 87 центов на каждый доллар акционеров, что чрезвычайно много.

В-третьих, может статься, что руководители JPMorganChase были ошеломлены тем, что банк может быть привлечен к судебной ответственности - прецедент был уже создан хорошо проработанным иском Реджинальда Хо-уи. Поэтому есть смысл выходить из рынка золота как можно скорее - чтобы не дать разгореться скандалу, если схема махинаций с золотом станет достоянием широкой американской общественности. Бегство с рынка производных на золото до того, как будут выявлены факты недобросовестных манипуляций банка и его «родителей» - это весьма неплохая версия, имеющая право на существование. Есть также другие, не менее интригующие версии резкого уменьшения позиций JPMorganChase на рынке золотых производных. Они собраны Биллом Мёрфи на сайте www.LeMetropoleCafe.com.

Возникает вопрос: почему же огромный супербанк заинтересовался малым и убыточным рынком золота? Что заставило его раздуть свои позиции по производным, эквивалентные 4200 тоннам золота? Зачем руководителям банка понадобилось поддерживать позиции по золотым деривативам в объеме, почти равном капиталу, принадлежащему акционерам компании? Если Уолл-Стрит не перестает твердить всему миру о том, что золото - это «варварский пережиток», то чего ради главный банк имеет такие огромные позиции по золотым деривативам? Ответы на эти вопросы могли бы прояснить многое.

Если руководители JPMorganChase на самом деле обладали инсайдерской информацией о некоторых из этих операций, то естественно сделать логический вывод: катализатором взрывного интереса JPMorganChase к операциям с процентными производными были искусственно обваленные цены на золото! Если же руководители JPMorganChase неявным образом пытались сдержать рост рынка золота, то есть фактически установить режим фиксированных цен на металл, то они получили от мировых финансовых кругов карт-бланш на широкомасштабное надувание чрезвычайно прибыльных процентных производных.

Таким образом, заваливая потихоньку рынок обширными распродажами государственных золотых запасов из сейфов западноевропейских центробанков, наш монстр стал полновластным правителем царства процентных производных.